Грек рассказал об отношениях с Франческо Тотти и Лучано Спаллетти, несостоявшихся переходах в «Арсенал» и «Зенит», а также о том, почему исторический гол в ворота «Барселоны» оказался для него дороже многомиллионного контракта.

О Франческо Тотти
«Он прекрасный человек, невероятно скромный. Я не могу сказать о нем ни одного плохого слова. Прежде всего он человек, а уже потом футболист. Он принял меня как родного сына, поэтому мы всегда были очень близки. Мы до сих пор общаемся по телефону. Тотти знал, что делать с мячом, еще задолго до того, как тот оказывался у него в ногах. Между ним и всеми нами была огромная разница — как в техническом, так и в ментальном плане. Тотти помог мне. Если бы не он, я бы не продлил контракт. Он убедил меня. Он был мне как брат, и я просто не мог ему отказать. Тотти должен быть частью «Ромы». Невозможно представить, что он находится вне клуба. Будь я президентом, я бы оставил его там навсегда — на той должности, которую он сам пожелает».

О капитанских качествах Тотти
«Тотти был капитаном, который прежде всего старался сделать так, чтобы ты чувствовал себя комфортно. Он не из тех, кто заходит в раздевалку, чтобы нагнать страху или показать зубы. Во время матча он мог вспылить. Например, если ты отдавал ему неточный пас, он начинал ругаться. Но в раздевалке он вел себя иначе. Ему удавалось проявлять свой характер, не повышая голоса и никого не запугивая».

О мастерстве Тотти
«Разница между ним и всеми нами была колоссальной — как между Землей и Луной. Он заранее знал, что делать с мячом, еще до того, как тот оказывался у него в ногах. Он превосходил всех нас технически, ментально — во всем. Если бы он находился в той физической форме, что и в 25–26 лет, ему просто не было бы равных».

О последнем матче Тотти
«Я тоже плакал. Иначе и быть не могло. В последние дни я был рядом с ним и видел, как он переживал происходящее. Он не хотел заканчивать карьеру. Его заставил клуб. Руководство, тренер, Спаллетти... Тотти хотел продолжать играть. На мой взгляд, он еще мог приносить пользу. Возможно, он уже не находился в лучшей физической форме, но даже в последние годы выходил на поле и забивал. За те 15, 20 или 30 минут ему всегда удавалось что-то сделать — отдать голевую передачу или забить».

О Лучано Спаллетти
«Он очень, очень, очень хороший тренер. Но как человек — сложный. На мой взгляд, он не умеет правильно выстраивать отношения с игроками. Однако как тренер он один из лучших, с кем мне доводилось работать, если не лучший. Я говорю правду. То, что Спаллетти не всегда корректно вел себя по отношению ко мне, не дает мне права называть его плохим тренером. Он был великолепным специалистом. Если бы я сказал обратное, то солгал бы».

О несостоявшемся переходе в «Арсенал»
«Именно Спаллетти заблокировал мой переход в «Арсенал». Вы должны это знать. Он заявил, что если я уйду, то он тоже покинет клуб. С того дня Спаллетти превратил мою жизнь в настоящий кошмар».

О других предложениях из Англии
«В прессе писали много всего. Но у меня был конкретный, подтвержденный письменно интерес со стороны «Арсенала», а затем и «Челси». Мой агент Яннис Евангелопулос уже собирался лететь на переговоры с «Челси», когда ему сообщили, что во мне заинтересован сам Конте».

О предложении «Зенита»
«Многие обвиняют меня в том, что я гонюсь за деньгами. «Зенит» предлагал мне семь миллионов евро при подписании контракта и еще три миллиона моим агентам. Я бы зарабатывал семь миллионов в год, а с учетом бонусов за победы в чемпионате мог получать до восьми миллионов чистыми. За четыре года я получил бы 40 миллионов евро чистыми, прямо себе в карман. Все налоги клуб брал на себя».

О финансовом положении «Ромы»
«Тогда «Роме» нужны были деньги, чтобы соблюдать правила финансового фэйр-плей. На тот момент в команде были я, Салах и Рюдигер. Паредес тогда играл не так много, а его рыночная стоимость еще не была столь высокой».

О несостоявшемся переходе в «Зенит»
«Когда я приехал на переговоры, выяснилось, что все суммы в контракте «Зенит» собирается прописать в рублях. Мне объяснили, что курс российской валюты может колебаться на 20%. Меня такой вариант не устраивал, поэтому я потребовал зафиксировать все выплаты в евро. Однако представители клуба отказались менять условия. Они заявили, что никто из футболистов прежде не выдвигал подобных требований. Тогда я предупредил, что, если сейчас уйду с переговоров, обратно уже не вернусь. Я суеверный человек. Мне предложили уйти, и я ушел. А когда вернулся домой, мне позвонили из Питера и сообщили, что согласны выполнить мои условия. Но я ответил, что уже слишком поздно».

О возвращении в «Рому» после сорвавшегося трансфера
«Когда я вернулся в «Рому», мне дали понять, что больше не позволят выходить на поле и вообще не будут на меня рассчитывать. Я ответил: «Никаких проблем. Выпьем кофе, а потом посмотрим, кто в итоге будет играть»».

О голе в ворота «Барселоны»
«Именно в том сезоне я забил «Барселоне». Видите? Нет худа без добра. Именно это и осталось в истории. Какие деньги? Я мог заработать десять миллионов за один год, но вместо этого остался в «Роме», получая меньше трети этой суммы. Однако то, что я сделал, для меня стоит в десять раз дороже».

О роли Тотти в продлении контракта
«Тотти действительно помог мне. Если бы не он, если бы он не повлиял на меня и не убедил, я бы не продлил контракт. Он отвел меня в сторону и попросил сделать это ради него. Он был мне как брат, и я не мог ему отказать. Он слишком хорошо ко мне относился».

О том, почему Тотти нет в «Роме»
«Такой человек должен быть частью «Ромы». Невозможно, чтобы Тотти находился вне клуба. Думаю, его немного отодвинули в сторону, а он не мог с этим смириться. Если бы я был президентом клуба и у меня был Тотти — человек, который провел 25 лет в одной команде и отказался от мадридского «Реала», — я бы оставил его навсегда. На той должности, которую он сам выберет».

Об отношении жены к переходу в «Наполи»
«Моя жена не хотела, чтобы я переходил в «Наполи». Но решения, касающиеся моей карьеры, я принимаю лично. Я мог обсудить это с ней, однако последнее слово всегда оставалось за мной. Я всегда поступал так, как считал нужным».